История перевода Библии

Практически весь XIX век прошел для церковной и общественной жизни России под знаком перевода Библии на русский язык. Можно определенно сказать, что в этом переводе нашли выражение важнейшие религиозные ожидания и чаяния столетия. Основные этапы переводческой работы четко датируются:

• 1816 – 1826 гг. — перевод под эгидой Российского Библейского общества как первое официальное начинание;
• 1826 – 1856 гг. — период запрета и частные переводы, среди которых нужно отметить прежде всего труды протоиерея Герасима Павского и архимандрита Макария (Глухарева);
• 1856 – 1876 гг.— завершение работы и издание Синодального перевода.

Начало перевода под эгидой Российского Библейского общества

Первые попытки русского перевода Священного Писания относятся еще к XVII веку, однако впервые русский перевод одной из библейских книг вышел только в конце XVIII века. Это был труд архиеп. Мефодия (Смирнова) "К Римляном послание св. ап. Павла с истолкованием", где параллельно славянскому тексту была представлена русская версия послания (1794 год). В начале XIХ в. вопрос о русском переводе был вновь поднят, но осуществить его удалось лишь с открытием в России Библейского Общества.

Днем основания Библейского Общества в России можно считать 6 декабря 1812 г. — в этот день император Александр I утвердил доклад кн. А. Н. Голицына о целесообразности его открытия в столице империи. Общество поставило себе задачей самое широкое распространение Библии между всеми народами России на их природных языках: "...способствование к приведению в России в большее употребление Библий <...> без всяких на оное примечаний и пояснений; <...> обитателям Российского государства доставлять Библии <...> на разных языках, за самые умеренные цены, а бедным без всякой платы; <...> доводить Библию до рук азиатских в России народов из магометан и язычников состоящих, каждому равномерно на его языке...". Декларировалась принципиальная внеконфессиональность Общества, его открытость для представителей всех вероисповеданий.

Император лично записался в члены Общества. Князь А.Н. Голицын принял на себя звание президента. Членство Александра I изначально определило престижность Библейского Общества. Очень быстро деятельность Общества распространилась на всю империю. Священное Писание переводили на калмыцкий, бурятский, чувашский, марийский, удмуртский, татарский... За все время издательской деятельности Общества тиражи переводов библейских книг составили свыше 876 тыс. экземпляров на 29 языках, из них на 12 языках впервые.

После успешного начала деятельности Библейского Общества не мог не встать вопрос о русском переводе Библии. Его идея давно «витала в воздухе». В связи же с активностью РБО складывалась парадоксальная ситуация: при очевидной недоступности Священного Писания для большинства православного населения, Российское Библейское Общество занималось переводом, изданием и распространением Писания прежде всего среди иностранных подданных и национальных меньшинств.

В 1815 г. государь поставил перед Библейским обществом новую задачу: «Доставить и россиянам способ читать слово Божие на природном российском языке». Перевод осуществлялся учеными силами Духовных Академий. РБО взяло на себя его редактирование и издание. Так началась история русского перевода Библии. Дело перевода было поручено ректору Петербургской академии, тогда еще архимандриту Филарету (Дроздову), протоиерею Герасиму Павскому и еще нескольким переводчикам.

В структуре РБО был создан особый Переводной Комитет, редактировавший библейские переводы. В его состав вошли ведущие иерархи Русской Православной Церкви и члены Святейшего Синода. Ответственным за исполнение проектов перевода был назначен архим. Филарет. Комитет проверял сделанные переводы, обсуждал их и редактировал. Одним из наиболе активных членов Комитета был протоиерей Герасим Павский, ставший фактически главным редактором всех выполняемых переводов.

Святителю Филарету Московскому принадлежала концепция перевода Нового Завета, представленная в определении Комиссии Духовных Училищ от 16 марта 1816 г. Это были конкретные правила перевода, по сути — инструкция для переводчиков. Переводить надлежало с греческого, с тем, чтобы в переводе удерживать или употреблять слова славянские. В переводе всего важнее точность, затем ясность, наконец, чистота. Очень характерны некоторые стилистические директивы.

«Величие Священного писания состоит в силе, а не в блеске слов; из сего следует, что не должно слишком привязываться к славянским словам и выражениям, ради мнимой их важности».

Русское Евангелие было закончено и выпущено в 1819 году; полностью Новый Завет вышел в 1821 г. Сразу же был начат русский перевод Ветхого Завета. Комиссия Духовных Училищ постановила распределить перевод Ветхого Завета между тремя Духовными академиями: Санкт Петербургской, Московской, Киевской. Все переводы делались с еврейского текста. Таким образом удалось отстраниться от проблем текста Септуагинты, в свое время поставивших в тупик справщиков Елизаветинской Библии.

В 1822 г. в русском переводе была издана Псалтирь. Перевод был выполнен прот. Герасимом Павским. За два года было осуществлено 13 изданий Псалтири в Санкт-Петербурге, тиражом более 115 тыс. экз., и два издания в Москве по 5 тыс. экз. Псалтирь стала в рамках проекта РБО первой переведенной ветхозаветной книгой и единственной, поступившей в продажу.

В то же время началась работа над Пятикнижием. Окончательная корректура Пятикнижия была поручена прот. Герасиму Павскому. В 1824 г. тираж Пятикнижия был готов, но издание не только не было выпущено в свет, но было арестовано и вскоре сожжено на кирпичном заводе Александро-Невской Лавры...

К концу 1824 года перевод Библии был остановлен, а в 1825 году издание Библии на русском языке было прервано. Библейское общество в 1826 году было закрыто.

Период запрета и частные переводы

Дело русского перевода Библии завершились периодом его тридцатилетнего забвения в официальных инстанциях. О переводе не принято было вспоминать публично. Тем не менее дело русского перевода Библии не угасало. Оно было подхвачено трудами двух подвижников этого не самого благоприятного для русского перевода времени — прот. Герасима Павского и архим. Макария (Глухарева).

Протоиерей Герасим Павский (1787 – 1859) — выдающийся ученый, профессор Санкт-Петербургской Академии по классу еврейского языка, доктор богословия и основатель школы русской гебраистики; профессор Санкт-Петербургского Университета по кафедре богословия; один из директоров РБО, член Переводного Комитета, переводчик и редактор русского перевода Библии; законоучитель Наследника престола, будущего императора Александра II; действительный член Императорской Академии Наук.

Его роль в осуществлении перевода ветхозаветной части Библии была ведущей. После закрытия РБО прот. Герасим Павский стал переводить Ветхий завет дома и на своих учебных занятиях со студентами по классу еврейского языка. С этими переводами было связано отдельное синодальное расследование, которое наглядно демонстрирует официальную позицию того времени в отношении русских переводов.

В конце 1841 года на имя трех митрополитов: Санкт-Петербургского Серафима (Глаголевского), Московского Филарета (Дроздова) и Киевского Филарета (Амфитеатрова) поступил анонимный донос о хождении среди студентов духовных академий и священников литографированных экземпляров русского перевода учительных и пророческих книг Ветхого Завета. Автор доноса писал, что этот перевод «богохульный», а переводчик — «новый Маркион». Киевский митр. Филарет, противник русского перевода, известил о доносе обер-прокурора Св. Синода графа Н. А. Протасова (1836 – 1855 гг.). Так было положено начало синодальному разбирательству.

Синод назначил несколько следственных комиссий по ведению данного дела. Первую комиссию возглавили митр. Филарет Московский и митр. Филарет Киевский. Результаты расследования показали, что учебные переводы прот. Герасима Павского литографическим способом размножили студенты Санкт Петербургской Духовной Академии. Литографии получили широкое распространение, дойдя и до Московской Академии. Интерес к ним был очень большим, что говорит о насущной потребности Слова Божьего, жажде прикоснуться к источнику Откровения на понятном, родном языке. Варианты перевода оказались на руках не только у студенчества, но и у духовенства, и даже у некоторых архиереев. Примечательно, что Павского обвинили не в факте перевода, а в нетрадиционной компоновке текста и в библейской критике, опиравшейся на выводы современной ему западной библеистики. Ему вменили в вину отход от церковной традиции в понимании основных пророчеств Ветхого Завета, искажении основных христианских истин, посягательстве на церковные традиции и устои. Подробно были прослежены пути каждой литографии перевода и выяснены имена владельцев. Практически все они были изъяты и, за исключением единичных экземпляров, поступивших на хранение в Синод, уничтожены. Дело завершилось только в 1844 г. «келейным испытанием искренности раскаяния прот. Павского», которое исполнил епископ Полтавский Гедеон (Вишневский).

В состав литографированного перевода прот. Г. Павского входили следующие библейские книги: Иова, Притчей Соломоновых, Екклесиаста, Песни Песней, Исаии, Иеремии, Иезекииля, Даниила, 12 малых пророков. Перевод был сделан строго с еврейского, масоретского, текста. В данном случае последовательно проведена позиция Павского о переводе ветхозаветных книг. Он был решительным сторонником «чистого» перевода с еврейского текста. Концепция перевода РБО была несколько иной. Она исходила из осторожной позиции свт. Филарета (Дроздова), стремившейся сгладить неизбежный при обращении к еврейскому тексту разрыв русского перевода со славянской Библией. Для прот. Герасима Павского текстовая эклектика в переводе была принципиально неприемлема. «Это ни то, ни се, — высказывался Павский, — ни еврейская, ни греческая Библия». Но если при работе в РБО Павский был вынужден следовать официальной позиции, в своих домашних и учебных переводах он полностью оставался верен своим убеждениям.

Труд протоиерея Герасима Павского стал первым опытом большой и длительной работы над русской Библией. Его уникальность заключалась в том, что при отсутствии установившейся терминологии и твердых принципов перевода Павский осуществил практически в одиночку и почти в полном объеме перевод Ветхого Завета! Все последующие переводчики, так или иначе, опирались на его труд.

Архимандрит Макарий (Глухарев; 1792 – 1847) — выдающийся миссионер, основатель Алтайской миссии, переводчик Священного писания. Учась в СПбДА, он был учеником и свт. Филарета (Дроздова), и прот. Г. Павского. Побудительными причинами его переводческой деятельности стали практические задачи Алтайской миссии. После опыта первых переводов Свящ. Писания на одно из местных наречий, о. Макарий обращается к русскому языку, рассматривая его как язык христианской миссии среди «инородцев». При этом саму миссию Русской Церкви архим. Макарий понимал предельно широко — как миссию к язычникам, иудеям, мусульманам, и, наконец, к самим православным русским, христианскую образованность которых он находил ниже всякого допустимого уровня.

23 марта 1834 года архим. Макарий написал митр. Филарету (Дроздову). В нем он обосновывает необходимость перевода, поскольку славянский язык «непонятен простому народу»; «перевод РБО незавершен, так как не охватывает Ветхий Завет»; «европейские народы давно имеют Свящ. Писание на своих языках»; русский перевод необходим всем многочисленным народам, живущим на территории Российской империи; «даже магометане имеют Коран на российском наречии»... Ответа не последовало.

В 1837 году архим. Макарий начинает свой переводческий труд. Переводил архим. Макарий только Ветхий Завет, рассматривая свою работу продолжением и завершением перевода Библейского Общества. При этом он принципиально избирает за основу перевода масоретский текст . В этом архим. Макарий полностью солидарен со своим коллегой по переводу и учителем прот. Г. Павским.

Перевод Книги Иова, свой первый переводческий опыт, он отсылает в Комиссию Духовных Училищ для его издания. В следующем, 1838 г., отправляет свой перевод Книги Исаии. Их судьба была предрешена — оба перевода были сданы в архив Св. Синода. Только после этого пришел ответ от митр. Филарета на послание трехлетней давности, в котором он дает понять о. Макарию о несвоевременности его начинания.

«Беседу с вами начать надобно, кажется, с мыслей ваших о полном переводе Библии на русское наречие. Вы употребили немало труда на изложение сих мыслей, но посев ваш пришел не на готовую землю и не во время сеяния. Сомнения о полезности перевода, доселе сделанного, и прекословия о достоинстве его или не прекратились, или возникли вновь, так что продолжение сего дела более угрожало бы умножением сомнения и прекословий, нежели обнадеживало бы умножением плода духовного...».

В 1839 году архимандрит Макарий (Глухарев) познакомился с литографиями перевода протоиерея Герасима Павского и начал активно их использовать для перевода. Отредактированный по литографиям Павского перевод книг Иова и Исаии он послал в Св. Синод. Перевод сопровождался проектом о. Макария о русском переводе Библии. В нем он пишет, что сделанные в недавние годы переводы Свящ. Писания на русский язык — величайшее благословение Господне. В ответом на это на отца Макария наложили епитимью, которую он отбывал, по существовавшей тогда практике, в доме своего правящего архиерея. Это наказание он использовал для переводческой работы, найдя в библиотеке Томского епископа Афанасия (Соколова), своего бывшего ученика, необходимые книги и пособия.

Вызывая раздражение в официальных инстанциях, архимандрит Макарий (Глухарев) нашел широкую поддержку в разных кругах общества. Одна из его духовных дочерей на пятом десятке лет стала изучать французский, немецкий и английский, чтобы помощь в переводе была более действенной. В деле перевода он пользовался содействием ссыльных декабристов: М. А. Фон-Визина, П.С. Бобрищева-Пушкина, Н. П. Свистунова — они переводили для о. Макария современные библейские комментарии. Были у него помощники и среди духовенства.

Письма архим. Макария и свидетельства его сотрудников показывают, что выполненный им перевод постоянно редактировался. Ему удалось довести до конца дело РБО и прот. Г. Павского. Таким образом, в России уже в первой половине XIX в. был осуществлен полный перевод Библии на русский язык.

Синодальный перевод

Официальный проект перевода получил продолжение и завершение уже в иную для России эпоху, при императоре Александре II. В 1856 году митрополит Московский Филарет (Дроздов) снова поднял вопрос о русском переводе Библии.

По случаю коронации императора Александра II в 1856 году в Москве состоялось торжественное собрание Св. Синода. На нем Синод единогласно высказался за возобновление перевода Свящ. Писания на русский язык. Необходимость возобновления перевода обосновывалась тем, что «...язык славянского перевода Библии, общевразумительный и общеупотребительный в свое время, не таков уже в настоящее время по своей древности; <...> пособие русского перевода нужно многим и из приходского духовенства; <...> дело перевода Свящ. Писания на русское наречие и издание онаго [перевод РБО ], не по рассуждению Св. Синода, но по причинам официально не объясненным, приостановлено; <...> дальние алеуты с благословением Св. Синода пользуются некоторыми книгами Св. Писания на своем общевразумительном языке, а православные россияне только мимо сего благословения и незаконно могут удовлетворять подобной потребности...».

Предполагалось тщательно пересмотреть перевод Нового Завета, выполненный РБО, перевод Псалтири исправить через сличение еврейского и греческого текстов, новые переводы апробировать предварительным изданием в церковной периодике... Потребовалось, однако, два года для окончательного утверждения данного синодального решения.

Обер-прокурор Св. Синода генерал-лейтенант граф А. П. Толстой (1856–1862 гг.) настороженно отнесся к этому решению. Толстой передал Проект перевода митр. Киевскому Филарету (Амфитеатрову). В своем ответе Киевский митрополит привел аргументы против перевода. Затем последовали возражения митрополита Филарета Московского. Таким образом, вокруг нового русского перевода развернулась полемика.

Основными аргументами митрополита Киевского Филарета были следующие: русский язык проигрывает славянскому по выразительным возможностям; перевод Библии на русский язык угрожает всему строю славянского богослужения; проблема непонимания славянского языка решается не переводом на русский, но прилежным изучением славянского; «если переводить на русское наречие, то почему же не перевести потом на малороссийское, на белорусское и проч!»; в конце концов «если бы ты и не понимал того, что содержится в нем [славянском тексте], от самого чтения ты получаешь великое освящение»... Вместо русского перевода митр. Филарет Киевский предлагал «оставить навсегда неприкосновенным основной текст славянского перевода <...>, как освященный древностью и переданный нам от святых славянских апостолов — Мефодия и Кирилла....», ограничившись лишь редактированием отдельных мест; издать толкования святых отцов, различные пособия для улучшения обучения славянскому языку...

Митр. Филарет (Амфитеатров) предложил гр. А. П. Толстому представить его мнение Государю Императору: «Одно державное слово его прекратило бы дело решительно».

Император Александр II предложил Синоду обсудить мнение Киевского митрополита, предварительно ознакомив с ним митрополита Филарета Московского. В июле 1857 года митр. Филарет составил свой ответ, в котором детально обосновал несостоятельность положений отзыва митр. Филарета Киевского. Так, он указывает, что главным требованием к переводу должна быть его ясность;как подтверждает опыт, даже приходское духовенство недостаточно понимает славянский перевод Свящ. Писания; отдельные исправления языка славянской Библии не могут решить проблему понимания, и т.д.

В это же время в периодической печати появились анонимные статьи, очевидно направленные на создание общественного мнения против перевода: «Перевод с нынешнего еврейского на русский народный язык поколеблет Православие на Руси»; «Простолюдины на славянском языке слышат только святое и назидательное. Умеренная темнота сего слова не омрачает истину, а служит ей покрывалом и защищает от стихийного ума. Отымите это покрывало, тогда всякий будет толковать об истинах и изречениях Писания по своим понятиям и в свою пользу. А теперь темнота заставляет его или просто покоряться Церкви или просить у Церкви наставления»...

В сложившейся ситуации 20 марта 1858 года Св. Синод принял Определение о начале работы над русским переводом Свящ. Писания. 5 мая император Александр II утвердил это синодальное решение. Так была возобновлена прерванная 33 года назад работа.

Дело перевода было поручено четырем Духовным Академиям. В каждой Академии был создан свой Переводной Комитет, где обсуждался сделанный перевод. Далее он отсылался на просмотр правящему епархиальному архиерею. После этого перевод поступал в Св. Синод. Один из трех присутственных синодальных дней целиком посвящался работе над переводом. После Синода перевод доставляли в Москву митр. Филарету, который вычитывал и проверял все переводы. С замечаниями Московского святителя он возвращался обратно в Синод. Митр. Филарет лично просмотрел и отредактировал весь перевод Нового Завета. Близкие к нему в это время люди вспоминали, что святитель работал над присланными к нему переводами порой по 11 часов в день.

Уже в 1860 году по благословению Св. Синода было издано Четвероевангелие, в 1862 году остальные книги Нового Завета.

Параллельно началась работа по переводу Ветхого Завета. Были изданы переводы прот. Г. Павского, архим. Макария (Глухарева).

Митр. Филарет желал принять участие в редактировании русского перевода Ветхого Завета. Этой инициативе, однако, несуждено было исполниться. Он скончался 19 ноября 1867 года.

Ветхозаветная часть русского перевода издавалась частями: в 1868 г. вышло Пятикнижие; в 1869 г. — исторические книги; в 1872 г. — учительные книги; в 1875 г.— пророческие. В 1876 г. по благословению Святейшего Правительствующего Синода был издан полный русский перевод Библии. Авторизованный высшей церковной властью Русской Православной Церкви он получил всеобщую известность как «синодальный». До сих пор синодальный перевод остается наиболее употребительным русским переводом Библии, хотя и не единственным.

По материалам: Б. А. Тихомиров. К истории отечественной Библии.